Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Ожидание неизвестно чего

Логотип Деловой Петербург Деловой Петербург 01.06.2017 Ольга Комок, журналист

Должен ли читатель, встречая цитату, узнавать первоисточник? Или, напротив, цитата должна говорить сама за себя? Нужны ли кавычки, если одно произведение ссылается на другое целиком, всей своей массой и плотью? Если дело не касается "Диссернета", все это вопросы отнюдь не риторические. И Дмитрий Волкострелов в своей первой работе для Александринского театра дает на них ответ, возможно не запланированный им самим.

В разговорах о премьере спектакля "В прошлом году в Мариенбаде" по знаменитому фильму Алена Рене и Алена Роб–Грийе 1961 года знатоки в основном гадали, как Волкострелов переведет это кино на язык театра. А он, оказывается, и не собирался. Вместо кинокамеры, полфильма вдумчиво бродящей по перегруженным интерьерам барочной гостиницы и геометричному французскому саду, на Новой сцене Александринки только черный кабинет. Его заполняют разнообразно подсвеченные волны сценического дыма и девять квадратов сцены, ездящих вверх–вниз, выстраивающихся в лесенки, подиумы, провалы и пьедесталы. В отсутствие киномонтажа, отделяющего пространные речи от произносящих их героев, персонажей просто умножили на три. Три актерских комплекта — женщина (в белом, черном и красном) и двое мужчин — разыгрывают одни и те же сцены с вариациями, повторяясь, то чуть запаздывая, то подхватывая начатую другими тему: все, как прописано у Роб–Грийе. Из сценария не вынуто ни слова. Женщина то ли помнит, то ли не помнит встречу в прошлом году в Мариенбаде, ухажер ее все так же говорлив и настойчив, муж (или не муж) все так же проигрывает в странной карточной игре, убийство то ли было, то ли не было, побег так и не состоялся, или все же…

Ссылка на фильм в спектакле одна — на 1960–е. Они обозначены нарядами героини, единой в трех актрисах, и набором модной тогда (и, кстати, теперь) белой пластиковой мебели. Зрители сидят на таких же прозрачных, просторно расставленных стульчиках, что и актеры перед ними. Для полного погружения в сценическую реальность не хватает только того, чтобы подиум зрительного зала тоже начал плавно двигаться вверх–вниз.

Впрочем, реальностью происходящее в Александринке назвать трудно. В отрыве от этой самой реальности обвиняли еще Алена Рене, получившего за "Мариенбад" венецианского "Золотого льва": мол, у всех Алжир и политическое черт–те–что, а у него — тотальный герметизм и эстетство. Та же претензия неизбежно прилетит Дмитрию Волкострелову: в то время как российский театр героически отстаивает не только голос разума, но и право голоса чуть ли не всех 140 млн сограждан, его "Мариенбад" говорит как будто только с горсткой посвященных. С теми, кто знает фильм Рене и сценарий Роб–Грийе наизусть. С теми, кто умеет читать цитаты по губам.

Но так ли это? В потоках слов, произнесенных с отстраненной светской холодностью (чего это стоило артистам Александринского театра, можно только гадать), сквозят лейтмотивы: воспоминание, забвение, несбыточное желание, ожидание и более всего — страх. На сцене, как и в фильме, не происходит ничего особенного, но тяжелая атмосфера тревоги заставляет вслушиваться в каждое слово, вглядываться в каждый скупой жест. Нулевая эмоция героев, закупоренных в чудовищно пышной гостинице (если все–таки вспомнить фильм) или в дымном лимбе Новой сцены, лишенном каких бы то ни было пространственных характеристик, может взорваться в любой момент. И зритель этого поневоле ожидает и боится.

В последние годы соцопросы (которым мы, конечно, не верим и которых не помним) показывают постоянное повышение уровня тревожности нас с вами, 140 млн. Напряженное ожидание неизвестно чего, ощущение угрозы, страх, отказ помнить неудобное прошлое — это не эстетские материи, а данные статистики. И что за беда, если о них говорят не в ярком, кричащем политическом спектакле, а с помощью психологического триллера, похожего на недобрый эксперимент над зрителем? О нет, чтобы увидеть спектакль Волкострелова, не обязательно искать "В прошлом году в Мариенбаде" на торрентах или DVD: фильм полувековой давности присвоен режиссером и театром целиком и полностью, новому опусу со старым названием не нужны кавычки, это не цитата. Этот текст говорит сам за себя и со всеми нами.

Деловой Петербург

Деловой Петербург
Деловой Петербург
image beaconimage beaconimage beacon