Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Почему врать плохо

Логотип Деловой Петербург Деловой Петербург 28.06.2017 Владимир Полуянов, партнер Апелляционного центра

Современный средний российский юрист очень часто (а может, и почти постоянно) лжет. В самой социально приемлемой форме это выглядит как умалчивание о чем–либо. Прежде всего эта опция доступна в нашем правопорядке вследствие полной неспособности к пресечению лжи. Эта неспособность присуща как контрагентам лица, на которого работает такой юрист, так и правоприменителю. И если у контрагентов ключевая проблема связана с выявлением лжи, то у судов и правоохранительных органов все гораздо хуже.

Контрагент обладает очень небольшим инструментарием для проверки сведений, которые он получает. Еще меньше этот инструментарий станет, если ограничить его легальными источниками (или хотя бы теми, которые впоследствии можно легализовать). Тем не менее если ложь обнаружена, то ее потребитель может просто или не очень просто, но прекратить отношения с ее источником.

Правоприменитель же не только не желает проверять получаемую информацию, но и почти не способен на адекватное реагирование.

Современный средний российский юрист как художественную литературу в жанре фантастики читает решения судов развитых правовых систем о предоставлении стороне в споре доступа к электронной переписке оппонента, о лишении адвокатов права адвокатствовать в течение нескольких лет или пожизненно, о реальных сроках заключения за сокрытие доказательств.

Российский суд таким инструментарием обделен. Хотя надо полагать, что, даже имей он такие полномочия, немногие судьи активно бы ими пользовались.

Существующие возможности наложения штрафа (а по некоторым категориям дел — ограничение времени судоговорения в процессе или удаление лица из зала судебного заседания) недейственны. Размер штрафа смешон, а потому не способствует дисциплинированию адвокатов. Более того, по моим ощущениям, большая часть судей и не умеет применять положения об этих штрафах на практике, а потому ограничивается угрозами. Что касается удаления из зала и ограничения времени на выступление — эти положения содержатся только в Кодексе об административном судопроизводстве и к большинству споров не применимы.

В результате полное попустительство мелким грешкам в судопроизводстве приводит к их развитию по экспоненте и в остальных сферах деятельности. Современный средний российский юрист начинает обманывать и самого себя.

Он лжет себе о своих способностях и перестает развиваться, берясь за дело, в котором он априори не может квалифицированно помочь клиенту. Он лжет себе о проработанности правовой позиции (часто юристы уверяют клиента и самого себя в достаточности имеющихся доказательств по делу, когда это не совсем так) и терпит фиаско на ровном месте. Лжет себе о перспективах дела, тем самым лишая себя гонорара (считая дело выигрышным, юрист соглашается на оплату success fee и в результате остается ни с чем).

В краткосрочной перспективе ложь, безусловно, выгодна. В долгосрочной она приводит к деградации всего и вся.

Деловой Петербург

Деловой Петербург
Деловой Петербург
image beaconimage beaconimage beacon