Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Представитель Microsoft — о влиянии цифровой экономики на людей и появление новых рынков

Логотип ТАСС ТАСС 01.06.2017 ТАСС

Цифровая революция стала одной из основных тем 21-го Санкт-Петербургского экономического форума, гостями которого стали представители крупнейших компаний, осуществляющих эту революцию. О роли человеческого капитала и больших данных в цифровой экономике, а также о появлении новых рынков и возможностей в интервью ТАСС рассказал главный экономист компании Microsoft Престон Макафи.

 Вы будете выступать на Санкт-Петербургском экономическом форуме на панели, посвященной цифровой трансформации. О чем будет ваше выступление?

— Мне бы хотелось подчеркнуть влияние цифровой экономики на людей и на то, как они работают. Мы уже оцифровали существенную часть нашей жизни, мы общаемся с помощью электронной почты и социальных сетей, текстовых сообщений. Это создает понимание того, что люди могут делать в цифровой форме.

Во время первой IT-революции в восьмидесятые мы оцифровали многие цифровые активы компаний. Компании используют программы типа SAP или Oracle для управления физическими активами. Это позволило удлинить цепочки поставок. Компании, которые производили свои товары на родине, смогли производить их удаленно и управлять этим процессом. Стало возможно произвести жесткий диск в Тайланде, материнскую плату в Тайване, а собирать все это в штате Айдахо. Таким образом весь мир стал единой цепочкой поставок для товаров.

Одним из последствий новой цифровой трансформации будет более глубокое видение того, что люди делают в компаниях. Это важно, поскольку сейчас люди составляют половину активов компаний. Активы типичной компании сейчас на 25% состоят из физических активов, на 50% из сотрудников и на 25% из стоимости бренда и других нематериальных активов. То есть стоимость сотрудников компании в два раза превышает стоимость физических активов. Способность понять, что люди делают в компаниях, даст компаниям новый источник развития. То, что мы видели в ходе первой IT-революции, теперь распространится на сотрудников. Я называю это удлинением цепочки поставок человеческого капитала. Это означает, что компании смогут получить те человеческие ресурсы, которые им необходимы с рынка, вместо того, чтобы рассчитывать на штатных сотрудников. Это позволит компаниям сосредоточиться на том, что они делают хорошо.

— Какие еще последствия цифровой трансформации вы можете назвать?

— Цифровая трансформация рождает новые рынки. Два примера — это Uber и Air B&B. Обе эти компании создали новые рынки. Вместо того, что бы просто быть компанией-перевозчиком Uber говорит, что они являются маркетплейсом, который соединяет водителей и пассажиров. Таких примеров будет все больше и больше.

В экономике давно существует понятие "дизайн рынка", экономист Элвин Рот получил Нобелевскую премию за исследование этой теории, но пока это понятие больше используется узким кругом экономистов. Я приведу один пример. Сегодня, если вы хотите знать, сколько было произведено в штате Техас, потребуется 6-9 месяцев. К этому моменту эти данные будут слишком устаревшими, чтобы быть полезными. Поэтому мы будем все в большей степени использовать другие источники данных.

Сейчас во многих городах на перекрестках установлены камеры. Городские власти делали это не для экономистов, а для того, чтобы вождение в городе было более безопасным. Но благодаря технологиям машинного обучения данные с этих камер можно также использовать, для того, чтобы исследовать, какие грузовики проезжали мимо этих камер. То есть мы можем вычислить одну из мер экономической активности, а именно интенсивность перевозок по дорогам.

Если распространить эту технологию на всю страну, то можно получить достаточно точную картину экономической активности в реальном времени. Для экономистов и властей это фантастическая вещь. Ожидание данных в течение девяти месяцев означает, что ваши решения не являются ответом на события, они являются ответом на уже давно свершившийся факт. Мы считаем, что такие технологии станут революцией в использовании данных для принятия решений в политике.

— Появятся ли новые экономические индикаторы, которые смогут заменить индикаторы существующие сейчас?

— И да, и нет. Да, мы увидим новые индикаторы. Мы уже их видим. Adobe создал онлайн-индикатор цен. С другой стороны, все привыкли к существующим индикаторам. Например, индекс Dow Jones, которому больше 100 лет. Этот индекс был создан еще до изобретения калькулятора, когда все вычисления делались вручную, и поэтому в него входит очень ограниченное количество компаний. И тем не менее он остается наиболее упоминаемым биржевым индексом. Он мог бы уступить свое место S&P500, который является более точным индексом. Но тем не менее, мы продолжаем следить за Dow Jones не потому, что это хороший индекс, а потому, что другие тоже за ним смотрят. Новые показатели будут восприниматься постепенно, но рано или поздно они появятся.

— Что произойдет с экономикой и экономистами в результате цифровой трансформации?

— Когда искусственный интеллект проникает в сферу вашей деятельности, вы должны его принять, а не отвергать. Если вы сделаете его своим инструментом, вы сможете выжить. Если нет — то он вас заменит.

Это касается и экономистов. Многое из того, что мы делаем может быть автоматизировано. Моя команда уже использует искусственный интеллект для прогнозирования спроса. Когда-то это делалось силами группы экономистов, мы могли проинтервьюировать кого-то и потом построить модель спроса. Сейчас мы используем для моделирования искусственный интеллект. Мы развиваем это направление в Microsoft и, надеюсь, сможем предложить нашим клиентам.

Если вы попытаетесь соревноваться с искусственным интеллектом, нужно иметь ввиду, что он становится лучше быстрее человека. Исторически экономисты делали модели для различных секторов экономики, например, сельскохозяйственного или промышленного. Вместо этого можно построить модель с помощью искусственного интеллекта, которая будет использовать тысячи потоков данных, и искусственный интеллект сам выберет то, что ему нужно для прогноза. Проблема будет в том, что некоторые части этих моделей мы не сможем понять и это, конечно, опасная вещь. Очень часто внезапные падения рынка акций связаны с неправильным функционированием искусственного интеллекта.

Я думаю, что мы будем развивать моделирование с помощью искусственного интеллекта вместе с традиционным моделированием. Это будет благоразумно и позволит минимизировать риски. В то же время мы продолжим изучать искусственный интеллект, и по мере изучения будем более уверены в результатах. Но всем нужно научиться работать с искусственным интеллектом, вне зависимости от того, работаете ли вы экономистом, врачом или судебным репортером.

 Что произойдет с компаниями в результате цифровой трансформации? Смогут ли выжить те компании, которые не станут маркетплейсом?

— Мой кристальный шарик несколько затуманен, но некоторые вещи достаточно очевидны. Не все компании смогут стать маркетплейсами. Например, компании, которое производят кофемашины. Да, конечно, кофемашины будут совершенствоваться, у них будет доступ к Wi-Fi, но останутся люди, которые будут делать кофе в кофемашинах. В ресторанах будут по-прежнему готовить еду, и вряд ли в еде появятся чипы Bluetooth.

В то же время мы сможем мониторить и оптимизировать многое из того, что мы не могли раньше. Существенную роль будет играть обработка видео. Например, когда я паркую свою машину в аэропорту, 24 камеры наблюдают за парковкой. Сейчас видео с этих камер выводится на один экран, где потоки с разных камер сменяют друг друга. Владельцы парковки поставили рядом второй экран с трансляцией баскетбольных матчей, что заставляет охранников более или менее постоянно смотреть в направлении обоих экранов.

В будущем это все будут делать специальные программы. Это приведет к тому, что компании, которые раньше продавали индивидуальные продукты займутся продажей комплекса услуг. Это не новый тренд, это тренд, который появился еще в 1950-х. Он появился из-за того, что услуги держатся на рынке дольше, чем индивидуальные продукты, а для потребителей перейти от одного поставщика услуг к другому тяжелее, чем поменять поставщика товаров. Если раньше я продавал вам лампочку, то теперь я могу продать вам почасовое использование лампочки. Еще одно преимущество такого перехода — это то, что покупка услуг относится к операционным затратам, а не к капитальным, что выгодно для компаний.

 Во многих странах, которые осуществляют цифровую трансформацию, есть опасения в отношении крупных транснациональных корпораций, преследующих собственные интересы. В результате власти стараются развивать собственную цифровую инфраструктуру. Считаете ли вы это трендом?

— Основные тренды цифровой трансформации — удлинение цепочек поставок и глобализация. Есть очевидная выгода в том, чтобы использовать самое лучшее, вне зависимости, где это было сделано. Доминирующее мнение экономистов заключается в том, что попытки создания своей технологии вместо использования лучшей из имеющихся на рынке, не является оптимальной стратегией.

Беседовал Глеб Брянский

ТАСС

image beaconimage beaconimage beacon