Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Путин переходит на цифру: президент пообещал построить страну высоких технологий

Логотип Деловой Петербург Деловой Петербург 02.06.2017 Михаил Шевчук
© "Коммерсантъ"

Владимир Путин завладел всеобщим вниманием еще накануне, в первый день Петербургского международного экономического форума. Собрав в Стрельне иностранных журналистов, президент России рассказывал им про хлещущую через край русофобию на Западе и Курилы, которые Россия не отдаст потому, что там могут появиться американские военные базы. Повестка форума оказалась немедленно перебита, потому что кто же будет слушать Алексея Кудрина с его очередными рассуждениями о потерянных годах, когда Путин вещает про русофобию.

Второй день ПМЭФ традиционно - центральный. Сценарий его один и тот же: с утра проходит деловой завтрак Сбербанка, на котором так называемые системные либералы рассуждают (в пределах допустимого) о реформах, и могут даже - хаха! - предложить женщину в президенты, но потом на сцену выходит Владимир Путин, и все сразу понимают, что на них и на этот раз не собираются обращать внимания. Когда, к примеру, тот же Кудрин заявил о необходимости приватизации нефтяного сектора, он даже не удостоился реакции главы государства - пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что никаких таких планов у властей нет.

Переход на цифру

Свою речь на пленарном заседании Путин посвятил в основном развитию цифровой экономики. К этой теме он плавно перешел от призывов вместе отвечать на новые долгосрочные вызовы, не тратить время на геополитические склоки и искать новые форматы сотрудничества государств, регионов, бизнеса и научного сообщества. Вот о науке-то, как говорится, и побеседуем.

Цифровая экономика - довольно новая для Владимира Путина тема, и он подошел к ней с размахом. "Мы намерены кратно увеличить выпуск специалистов в сфере цифровой экономики. По сути, нам предстоит решить задачу национального уровня -  добиться всеобщей цифровой грамотности", - заявил он. Для этого государство собирается всячески поддерживать компании, занимающиеся разработками в области Big data, искусственного интеллекта, виртуальной и дополненной реальности, интернета вещей - в общем, всех самых модных в последнее время штук.

До сих пор такие словосочетания считались скорее элементом лексикона Дмитрия Медведева или Германа Грефа, а Путин, казалось, и слов-то таких не знает - "дополненная реальность". Но Медведев, который в свое время как раз и настаивал на тотальной интернетизации страны, подходил к вопросу, видимо, как-то несерьезно и построил одно только "Сколково", а вот Путин пообещал создавать на базе вузов много научно-технологических центров, где будут интегрированы и образование, и исследовательская база, и венчурные компании.

Такого размаха, надо сказать, в президентских речах на ПМЭФ не видели уже года три; возврат к масштабным обещаниям, очевидно, должен был показать, что с экономикой России все в порядке, лучше, чем статистика. На которой Путин в этот раз вопреки обыкновению почти не остановился, ограничившись коротким отчетом о росте ВВП и подъеме экономики.

Как оказалось, теперь цифровая экономика - главная надежда и опора страны. Когда ведущая   резонно спросила у Владимира Путина о большом неравенстве доходов россиян, и более того, бедности - слишком много людей, мол, вынуждены тратить почти все деньги на еду, - президент ответил, что побороть такую ситуацию как раз и можно за счет реализации программы, о которой он только что рассказал. Потому что только так можно заставить экономику генерировать больше доходов.

В этом, конечно, тоже есть логика. Например, известно, что человек, овладевший цифровой грамотностью и основательно прикипевший к соцсетям, в еде нуждается уже гораздо меньше. Некоторые вопросы, правда, вызывает несоответствие заявленного сложившейся практике. До сих пор в России все - от правительства, не признающего биткойны, до депутатов, клеймящих соцсети и масс, выступающих за ужесточение интернет-правил - демонстрировали крайне консервативное и скептическое отношение к новым технологиям. "Дополненная реальность" - это, например, ловля покемонов. А она у нас, как известно, и до уголовного дела довести может.

Конфликт цивилизаций

Все ограничения в сети, вводимые в последние годы, прямо или косвенно обосновывались политикой, необходимостью противостоять западному влиянию. Вот и Владимир Путин говорит - развитие цифровой экономики в конечном итоге задает новую парадигму развития общества. Но пока власть всячески дает понять, что никакая новая парадигма ей не нужна - более чем устраивает старая.

Слышать от руководителей страны констатацию очевидного - дело привычное. Главное здесь в том, какими методами они собираются действовать. А вот методы, судя по всему, традиционные; государство намерено играть в процессе ключевую роль. Так, стержнем стратегии должна стать правительственная программа, а о стартапах Владимир Путин заговорил лишь в контексте того, что они-де способны стать эффективными партнерами крупного бизнеса. Госкорпорации "Ростех", "Росатом", "Роскосмос", ОСК, ОАК ("Роснано" не упомянуто - видимо, доверия уже нет), по его мнению, должны создавать подразделения для работы со стартапами, а крупный бизнес - иметь четкий механизм вхождения в капитал малых компаний.

С одной стороны, Путина понять можно. Его не зря спросили о бедных - вторым фундаментальным условием для развития IT после свободы является наличие платежеспособного населения, которое покупает либо сами программы, либо товары, которые с помощью этих программ рекламируются. Поскольку в России единственный по-настоящему платежеспособный покупатель - это государство, оно и будет заказчиком. Просто раньше этим было поручено заниматься одному Анатолию Чубайсу, а теперь - всем, в надежде, что количество перейдет когда-нибудь в качество.

Но произведенную продукцию госкорпорациям, скорее всего, придется продавать друг другу. Все примеры создания "российских аналогов" популярных зарубежных сервисов или "силиконовых долин" за счет государства закончились провалами, ухнувшими в никуда миллиардами и фантазиями чиновников. "Роснано" и "Сколково" так и стоят молчаливым укором попытке перевести западный опыт на язык российской реальности, а все самые успешные отечественные интернет-проекты - это те, что создавались без всякого участия государства.

Дело в том, что присущая цифровому миру открытость очень плохо сочетается с идеей осажденной крепости, лежащей в основе национал-патриотической идеологии. Чем-то придется пожертвовать, и, кажется, очевидно, что не патриотизмом. Но ничего, если не получится, можно будет опять сослаться на русофобию.

Деловой Петербург

Деловой Петербург
Деловой Петербург
image beaconimage beaconimage beacon