Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Сергей Данкверт: утаивание вспышек болезней животных подорвет имидж РФ как экспортера

Логотип ТАСС ТАСС 03.06.2017 ТАСС

Россия активно развивает экспорт сельскохозяйственной продукции. При этом такие болезни как африканская чума свиней (АЧС) или птичий грипп могут помешать российским производителям выйти на новые рынки. Об экспортных успехах и затруднениях рассказал глава Россельхознадзора Сергей Данкверт в интервью ТАСС на полях ПМЭФ-2017.

– Россельхознадзор недавно инспектировал турецких производителей овощей, продукция которых сейчас находятся под фитосанитарным запретом ведомства. Есть какие-то подвижки по возвращению этих товаров на российский рынок? Ранее вы говорили, что шесть турецких предприятий, в принципе, могут обеспечить качество поставляемой продукции, но не уточняли, снимут ли с них ограничения и когда?

– Мы не действуем, пока не принято общее решение правительством. Фитосанитарные ограничения не увязаны с санкциями, но я бы не хотел, чтобы впереди правительства были решения Россельхознадзора. Тем более, что у нас с турецкими коллегами есть аналогичные неурегулированные вопросы по мясу.

– Турция уже называет какие-то ориентировочные сроки, когда они уже могут пустить на свой рынок российское мясо и молочную продукцию?

– До этого будет инспекция (российских предприятий - Прим. ТАСС). Мы эту инспекцию ждем, она должна быть в ближайшее время. Пока сложно говорить, что будет дальше.

– А Россельхознадзор планирует новые инспекции в Турции?

– Пока нет. Это зависит от того, когда будут следующие переговоры, какие объемы поставок будут обсуждаться. Работа станет более активной, когда будут сняты соответствующие ограничения правительством РФ.

– В последнее время все чаще стали появляться сообщения о вспышках гриппа птиц. Как вы оцениваете ситуацию с этим заболеванием в России? Не критична ли она сейчас для российского экспорта мяса птицы?

– После того, как мы договорились с основными партнерами о регионализации (придание статуса неблагоприятного по какому-либо заболеванию животных отдельному региону, а не всей стране - Прим. ТАСС), это нормальное явление. В Европе сегодня сотни этих вспышек, а они продолжают экспорт, в том числе в Китай. Важно, чтобы стороны между собой по условиям регионализации договорились, и было доверие.

Россельхознадзор сейчас быстро находит очаги, не скрывает эти случаи и эффективно реагирует. Нам иногда говорят: "Вы зачем об этом пишете? Это же повлияет на экспорт!" Нет, на экспорт в гораздо большей степени повлияет то, что мы молчим. Поэтому мы по каждому случаю быстро отрабатываем, принимаем меры. Это нормально, это то, что есть.

В связи с сезонностью на некоторое время мы ожидаем затихание вспышек заболевания, но к осени будут новый скачок: это все связано с сезонной миграцией птиц. При этом разносу болезни способствует то, что люди выпускают птиц из подсобных хозяйств гулять на улицу, и происходят контакты между домашними и зараженными дикими птицами. Вот как объяснить фермерам, что птицу нельзя выпускать на улицу? Вся Европа пропагандирует, что птица должна быть на улице, в результате у них самое широкое распространение гриппа птиц.

– Но в целом ситуация с гриппом птиц в России не носит угрожающий характер?

– Она не отличается от той, которая была в первое время, когда мы стали обнаруживать грипп птиц. Помните, впервые это было в 2005 году. Те прогнозы, которые мы даем, они тоже не отличаются – развитие эпизоотии (широкое распространение инфекции - Прим. ТАСС), однозначно, будет.  Если вы помните, мы говорили, предупреждали за два месяца, что ожидаем увеличение вспышек болезни. Так и произошло.

Где-то вспышки еще будут, но я не думаю, что масштабы будут катастрофические. Сегодня все абсолютно в рамках контролируемого процесса. Более опасно, когда на крупных предприятиях не соблюдаются требования биологической защиты. Тогда уже и падеж и потери гораздо больше.

– Как грипп птиц будет распространяться?

– Распространение может происходить из-за того, что мы не можем контролировать перелетных птиц. Оно наиболее вероятно в Приволжском округе, Новосибирской области, Приморском крае, Калининградской области, Республике Крым и, конечно, под серьезной угрозой наш Юг.  Мы уже публиковали эти прогнозы, пока ничего нового в этом отношении нет.

– По поводу экспорта в Китай мяса, есть ли какие-то подвижки в переговорах по открытия рынка мяса птицы?

- Ночью в воскресенье у нас туда вылетают наши коллеги из службы. В Китае будет заседание рабочей группы по ветеринарному и фитосанитарному надзору, где будут эти вопросы обсуждаться. Мы терпеливы, потому что всегда сами говорим: "Страна-экспортер должна выполнять требования страны-импортера". Поэтому мы стараемся сегодня китайские требования выполнить, максимально создать все условия, для того чтобы они поверили, что мы их выполняем.

Сергей Данкверт: утаивание вспышек болезней животных подорвет имидж РФ как экспортера © Сергей Петров/фотохост-агентство ТАСС Сергей Данкверт: утаивание вспышек болезней животных подорвет имидж РФ как экспортера

– В прошлом году был рекордный урожай зерна, у вас какой прогноз по экспорту зерновых до конца сезона, ведь темпы не очень высокие?

– Темпы? Мы еще не знаем, какие темпы. Еще месяц до конца сезона. Предварительные данные, которые мы имеем на 31 мая, говорят о том, что мы отправили на экспорт зерна и продуктов его переработки уже сейчас больше, чем за весь прошлый год. В прошлом году - 39,8 млн тонн, а сейчас уже 40 с лишним. При этом еще один месяц у нас.

Необходимо понять, что та же Турция, Иран меньше стали брать одного вида продукции, стали больше брать другую продукцию. Это такие рынки перетекающие. Но для государства важно понимать, что пшеница - продукт, безусловно, ценный, но есть еще ряд продуктов, которые на рынке всегда имеют спрос. Допустим, Иран, Ирак всегда ввозили кукурузу и будут ввозить. Япония всегда ввозила кукурузу, тем более не генномодифицированную, и так будет и далее.

– Какой же прогноз по итогам года?

- Прогнозы – дело неблагодарное. Пусть делают прогнозы министерства, а мы констатацию делаем. У нас сколько примерно прошло по документам, мы потом все свели и говорим: по документам ушло столько. Я вам говорю цифры, которые буквально только-только родились.

– Вы упоминали Иран. Они сняли запрет на импорт пшеницы?

– Здесь вы должны понять, что у них политика государства. Урожай большой – они ввели запрет. Они просто сориентировали своих производителей, что брать можете то, что можно переработать и отправить на экспорт. В этих количествах и уходило зерно.

– Какие новые покупатели зерна у нас могут появиться в ближайшее время?

- Даже не могу сейчас сказать, потому что и так 127 стран импортируют нашу продукцию. Процесс идет. Даже африканские страны стали потихоньку импортировать.

– А про проблему экспорта зерна через латвийский порт вам не сообщали экспортеры? Появлялась информация о том, что РЖД не пускает российских экспортеров в латвийский порт.

– Я же за латвийский порт не отвечаю... Знаю, что наши коллеги, Латвия, они сами себя в результате этих санкций лишили большого количества продукции, которая через них шла. И их моряки, грузчики, погрузчики – лишились работы, потому что массово шла продукция из этих портов, и они сами себя ограничили. Я не слежу за этим, не вижу в этом проблемы, потому что знаю, что Латвия – один из крупных приобретателей у нас зерна и продукции переработки зерна, в том числе кормов для животных. Что наша железная дорога там делала, тоже не знаю. У меня никакого документа нет, а слухами пользоваться не могу.

– В правительстве недавно обсуждали возможность наделения Россельхознадзора дополнительными полномочиями для борьбы с АЧС. Как вы к этому относитесь, какие полномочия вам необходимы для того, чтобы справиться с этой проблемой?

– В результате реформы, отдав много полномочий в регион, сделали так, что они сами ведут борьбу с болезнями и сами контролируют, как они борются. Ветеринарный врач решил, что он борется хорошо, и в регионе он докладывает, что все нормально. Больше никакого мнения нет. Когда есть одно мнение, то другому мнению очень плохо. В результате этого возникли все наши конфликты, в том числе непринятие электронных систем. Мало, кто хочет работать открыто. Прозрачность, явно, не на руку регионам. 

И это не только с АЧС такая ситуация. В Екатеринбурге, например, недавно задержали 53 тонны рыбы под видом сока. Перед этим - в Красноярске 200 тонн пищевой продукции под видом солода пивоваренного. А все это пришло из Санкт-Петербурга под товарами прикрытия.

Исходя из этого я вам могу сказать, что не нам нужны полномочия, а полномочия нужны федеральному правительству для того, чтобы понимать, что региональные службы выполняют свои полномочия в полном объеме сами, и что это не повлечет дальше закрытие наших экспортных возможностей. То есть взаимоисключаемые вещи. Вы хотите экспортировать - значит, нужно больше надзора, потому что иначе попадем в такую же ситуацию, в которую регулярно попадают наши белорусские коллеги. Когда каждый ветеринарный врач в каждой области Белоруссии говорит, что хорошо работает, а по факту получается совершенно иное. И не смотря на то, что у них есть главный ветеринарный врач в стране, и вроде, вертикаль выстроена в какой-то степени, но врач ничего поделать с системой не может. Претензий к главному врачу Белоруссии у нас нет, он хорошо работает, просто сама структура не позволяет ему выполнять надзор эффективно, потому что каждый врач района подписывает сертификат на Россию самостоятельно.

– Когда планируется следующая инспекция Россельхознадзора на белорусских предприятиях?

– Мы не планируем сейчас. Делаем оценку риска. Несколько нарушений – закрываем, предприятие и все.

Вот, нашли абсолютно подтвержденный канал контрабанды украинской продукции, хотя никто не хочет об этом говорить. Коллеги белорусские о чем угодно говорят. Данкверт плохой, он вредитель. Это, как я говорю, "дело врачей". Но мы регулярно задерживаем партии мясной продукции из Белоруссии со срезанными клеймами. Правда, пока больших объемов не находим в силу того, что этим пользуются в основном мелкие предприниматели, но таковых большое количество.

– Россельхознадзор в последнее время выявляет какие-то новые схемы поставки санкционной продукции в Россию, или в принципе удалось это как-то более-менее пресечь?

– Более-менее все по старым схемам везут, просто без документов, и проезжают любыми дорогами, где нет контрольных постов, вот и все. Все новое – это все то, что было раньше. Учитывая то, что сейчас стали иметь пограничную зону с Белоруссией,  это повлияло на то, что пограничники теперь более активно работают, как и таможенники.

– Иногда звучат мнения, что Россельхознадзор не контролирует качество российской продукции для российского рынка. И вы говорили о том, что, возможно, такие функции вам нужны. Как сейчас обстоят с этим дела, и может ли Россельхознадзор контролировать качество производимой в России продукции?

- Как я говорил, так я и остаюсь при своей точке зрения – Россельхознадзору этим заниматься сегодня нет такой  жесткой необходимости. Есть необходимость этим заниматься региональным ветеринарным службам, и отвечать за это региональным ветеринарным службам, и губернаторам, и вице-губернаторам. В каждом субъекте свой рынок. Где-то в Москве нести ответственность за то, что делается в регионах, тоже не получится. За это должны отвечать те, кто работает непосредственно на местах, а федерация должна за это спрашивать. Качество продукции должно быть одно. Свежесть одна – первая, она же и последняя.

Беседовали Анна Дементьева, Мария Дорохина

ТАСС

image beaconimage beaconimage beacon