Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Человек с тросточкой, который изменил мир

Логотип Коммерсантъ Коммерсантъ 10.07.2017 Станислав Кучер
© Предоставлено: ZAO Kommersant Publishing House

Станислав Кучер — о жизни и работе Антона Носика

Обозреватель «Коммерсантъ FM» Станислав Кучер объясняет, почему кончина Антона Носика стала шоком для людей самых разных политических взглядов.

Дмитрий Медведев назвал Антона Носика «первопроходцем российского интернета» и выразил соболезнования в связи с его кончиной. Алексей Навальный написал, что Носик оказал решающее влияние на его взгляды и практики, связанные с интернетом и журналистикой, что для его семьи случившееся — та самая «невосполнимая потеря». Олег Кашин сравнил его роль в формировании российского интернет-пространства с ролью Гагарина в освоении космоса. Сергей Доренко считает, что не будет преувеличением сказать: почти все в рунете 15-20 лет назад либо было создано Носиком, либо придумано им. То, что на смерть Антона Носика так отреагировали столь разные по своему мировоззрению люди, говорит об одном: этот человек повлиял на наш мир сильнее, чем большинство облеченных властью деятелей.

Я уверен: пройдет не так уж и много времени, и в честь Носика будет названа какая-нибудь профессиональная журналистская премия, а его имя войдет в учебники журналистики. Потому что Антон Носик, на мой взгляд – прежде всего журналист и публицист.

Без всякого пафоса — один из самых популярных, ярких, дерзких и честных журналистов России начала XXI века.

Он создал и вдохновил лучшие журналистские проекты в интернете (одни «Газета» и Lenta чего стоят). Его страницы в Livejournal (12-е место в рейтинге) и Facebook (140 тысяч подписчиков) – сами по себе полноценные средства массовой информации покруче половины российских газет, журналов и сайтов вместе взятых.

Именно журналистикой в лучшем смысле слова занимался Антон. В разных жанрах – от репортажа до политического комментария. Его последнее слово на суде по обвинению в экстремизме, где он просил назначить себе реальный срок – фееричный полет свободной мысли, великолепный памфлет, хрестоматийный пример блестящей публицистики и диагноз всей системе российского правосудия.

Сейчас многие активно вспоминают то его скандальное радиоинтервью и пост в ЖЖ. Лучше всех на эту тему, как мне кажется, высказалась Евгения Альбац: «Его пост о Сирии, за который ему предъявили 282-ю статью, был отвратителен. Но суд над собой Антон превратил в акт яростной защиты права индивида на мнение, даже столь неприемлемое для окружающих, право на слово без ограничений — ненавидьте, не соглашайтесь, но не смейте запрещать, говорил он».

Носик никогда не отказывался от своих слов и всегда отвечал за них – многие ли из публичных персон в современной, да и не только современной России способны на такое? Именно поэтому, с кем бы он ни ссорился по разным поводам, на его похороны придут очень многие из тех, кто в разное время отписался от его публикаций или удалил из «френдов».

Главное, повторю, что в последние двадцать лет делал Антон Носик – это искал, находил и в яркой форме преподносил людям правдивую информацию. Размышлял вслух и делился собственными оценками происходящего. Это и есть настоящая журналистика и публицистика. И еще: он был редким в наше время примером действительно независимого журналиста. Независимого не только от политических сил, но и от хвалы и хулы со стороны кого бы то ни было, включая друзей и единомышленников.

Украина, Израиль, Крым, Сирия, власть, оппозиция – обо всем этом он писал и говорил так, как может себе позволить только внутренне свободный человек, настоящей искатель, для которого подлинная реальность со всеми ее парадоксами ценнее, чем любые догмы, любые, даже самые «правильные» представления о ней.

Последний раз мы виделись на акции 12 июня. В момент, когда на Тверской сразу несколько молодых ребят бросились к Носику за автографами, кто-то рядом спросил меня: «А что это за хилый мужик в кипе с тросточкой? Раздавят же убогого! Зачем он сюда вообще пришел?» Я ответил ему примерно так: «Сам ты убогий! Этого мужика никто не раздавит. Он один из тех, с кого все это началось. И, чтоб ты знал, он один со своей тросточкой может не меньше, чем вся толпа с баннерами!»

Я на самом деле так думаю. Уверен, так думали и те, кого работа Антона, мягко говоря, раздражала. Сильных и свободных уважают даже их враги. Именно поэтому смерть Носика потрясла так много людей. В том числе тех, кто никогда в этом не признаются.

Читайте также:

Коммерсантъ

Коммерсантъ
Коммерсантъ
image beaconimage beaconimage beacon