Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Экономика недоверия

Логотип Деловой Петербург Деловой Петербург 04.06.2017 Александр Пирожков ap@dp.ru

Тeма всеобщего недоверия и способов его преодоления то и дело возникала во время дискуссий на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ). Нехватка доверия ощущается не только между сообществами чиновников, предпринимателей и остальных граждан, но и внутри этих сообществ. В результате растут транзакционные издержки, тормозятся перспективные, но рискованные проекты, и страдает в целом экономика.

Тему недоверия к бизнесу поднял, например, петербургский банкир Сергей Бажанов, председатель правления и основной владелец банка МБСП. По его мнению, на российском банковском рынке в последние годы наблюдается сильный кризис доверия, без которого финансовая отрасль не может существовать в принципе. "Крупные клиенты не верят банкам, межбанковские отношения за пределами первой десятки банков, по сути дела, отсутствуют сегодня", — обрисовал он безрадостную ситуацию.

Первый шаг — за государством

Алексей Кудрин, председатель совета фонда "Центр стратегических разработок" (ЦСР), представляя на форуме стратегическую программу развития России до 2035 года, отметил низкое доверие населения и бизнеса к институтам власти. "Если к президенту доверие достаточно высокое, то к суду и правительству — непропорционально низкое, меньше 30%, — констатировал он, сославшись на данные опросов. — Если правительство придумает самую умную программу действий, к ней все равно отнесутся с недоверием, имея опыт предыдущих шагов. Скажут: мы видели, как хорошие программы принимались, но не были внедрены. Больше того, после их появления были приняты противоречащие им решения. Правительство должно сделать несколько важных шагов, чтобы показать: все, что задумали, будет".

По мнению Кудрина, первым таким шагом могла бы стать приватизация крупнейших активов, принадлежащих государству. Тогда бизнес поверил бы, что государство и госкомпании больше не будут использовать административный нажим для подавления конкуренции. Сейчас такой нажим ощущается в большинстве секторов экономики.

Кроме того, государство должно сократить свои надзорно–контрольные функции, резко снизив количество проверок бизнеса, считает глава ЦСР. И главной целью проверок должна стать профилактика нарушений, а не их выявление и наказание. "У нас возник такой эффект, и на госслужбе, и в частном секторе, как уменьшение права на ошибку, потому что ошибка влечет непропорциональное наказание, — поделился наблюдением Кудрин. — Нужна серьезная декриминализация и гуманизация законодательства, мораторий на увеличение контрольных и надзорных функций государства".

Между страхоми безответственностью

Про то, что характерное для России отсутствие права на ошибку губит инициативу и препятствует развитию, говорили и другие участники форума (см. комментарии на стр. 7).

Так, глава Сбербанка Герман Греф, упомянув заметные усилия правоохранителей в борьбе с коррупцией в последние 2 года, заявил, что масштаб коррупции, особенно на среднем уровне управления, остался примерно прежним, но зато резко увеличились опасения чиновников по поводу возможного преследования за ошибки. "Люди боятся принимать решения, — констатировал банкир. — Позитивная энергия сегодня придушена, а негативная ушла в глубокое подполье". Причем этот эффект распространился и на бизнесменов, которые подавлены гигантским количеством уголовных дел, возбуждаемых против них правоохранительными органами, и сдерживают свою предпринимательскую инициативу, потому что она всегда чревата ошибками. А законы в России написаны так, что ошибку и даже повод для уголовного преследования можно найти почти в любом бизнес–решении.

Но есть в России и проблема прямо противоположного свойства — безответственность чиновников, тормозящих полезные перемены своими действиями или бездействием. Как заявил тот же Алексей Кудрин, много лет работавший в правительстве РФ на должностях министра финансов и вице–премьера, все принятые за последние пару десятилетий правительственные программы были выполнены максимум на 50%, и никто за это ответственность не понес.

Надо договариваться

Проблема взаимного недоверия бизнеса и населения характерна для мира в целом, там она разрастается уже несколько десятилетий из–за глобализации и технического прогресса (см. комментарии на стр. 7). На нее наслаивается недоверие к государственным институтам, о чем красноречиво свидетельствуют, например, Brexit, недавняя отставка президента Южной Кореи Пак Кын Хе или настойчивые разговоры об импичменте президента США Дональда Трампа.

Россия погружена в эту матрицу недоверия больше других, руководство многих развитых стран называет ее геополитической угрозой и стремится выключить из глобальных экономических процессов, перекрыть доступ к внешнему финансированию и технологиям. Это мешает росту нашей экономики.

По словам Алексея Кудрина, страна должна стремиться увеличить свое участие в мировой торговле, чтобы нарастить производительность. Для этого нужна новая внешняя политика. "Мы должны научиться договариваться в современном мире, решать международные проблемы, — рекомендует глава ЦСР. — Если Россия будет замыкаться в своей зоне, то мы отстанем. Россия станет таким невнятным пятном в мировой географии товарных потоков".

Доверяй, но проверяй

Проблема недоверия стоит и на пути реализации программы Столыпинского клуба, представленной на ПМЭФ уполномоченным по правам предпринимателей при президенте России Борисом Титовым. Эта программа конкурирует с кудринской программой "Россия 2035" и сулит ускорение ежегодного роста российского ВВП с текущего уровня 1% до 3,5–5% к 2020 году и до 6% в последующие годы. Ее приветствуют большинство опрошенных "ДП" предпринимателей, потому что она предполагает масштабную поддержку производителей товаров за счет денежной эмиссии в триллионы рублей.

Противники этой идеи, среди которых, например, Герман Греф и многие известные экономисты, называют ее нереалистичной, потому что напечатанные деньги, просочившись через первичных получателей на рынки импортных потребительских товаров и валюты, вызовут всплеск инфляции и ослабление рубля. Чтобы блокировать такие перетоки, нужна целая армия контролеров, которых, в свою очередь, тоже придется контролировать. Как минимум понадобится жесткий контроль валютного рынка, что признает один из авторов программы Столыпинского клуба, академик РАН и советник президента РФ по экономике Сергей Глазьев.

Деловой Петербург

Деловой Петербург
Деловой Петербург
image beaconimage beaconimage beacon