Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

«Куда ушел дворовый футбол?» Евгений Смертин - о детском спорте

Логотип DO_NOT_USE_dw.com DO_NOT_USE_dw.com 20.09.2016 Константинов Владимир

Что мешает нашим детям вырастать в хороших футболистов? Почему пропал дворовый футбол? Сколько зарабатывают детские тренеры? На эти и другие темы обозреватель «ССФ« побеседовал с известным в недавнем прошлом футболистом, мастером спорта СССР, а ныне директором СДЮШОР «Химки», заслуженным работником физической культуры и спорта московской области 47-летним Евгением Смертиным.

– Провал сборной России на Евро-2016 заставил многих более критично взглянуть на наш футбол, на всю его систему. Есть мнение, что проблемы начинаются уже на детско-юношеском уровне. Вы тоже так считаете?– Сложности, конечно, есть. В первую очередь – это тренерские кадры. Я немало поездил по нашей огромной стране и с полной ответственностью могу сказать, что между академиями в Москве, Питере, Краснодаре, с недавних пор в Казани и остальными детско-юношескими футбольными школами – пропасть! В столице и других больших городах работают хорошие специалисты, многие из них сами поиграли в профессиональных командах, и им действительно есть что дать детям, а в провинции молодые тренеры не хотят устраиваться в футбольные школы.

– Почему? Плохо платят?– В Москве в ведущих академиях детские тренеры зарабатывают хорошие деньги, на них можно спокойно жить.

– Хорошие – это тысяч пятьдесят?– Да, а то и больше. Но, повторяю, так обстоят дела в элитных школах.

– Понятно.– Но деньги не главное. Важно, чтобы тренер умел учить, а не сам учился на детях. Большинство из ребят, приходящих на работу даже ко мне, – это молодые люди, которые и сами толком не играли. Зато уже с претензиями, мол, дайте мне такой или такой-то год. При том, что сами перед строем-то, перед командой никогда не стояли.

– А разве у детских тренеров не должно быть соответствующей лицензии?– Должна быть, а как же?! Сейчас все специалисты проходят лицензирование. Сначала надо окончить физкультурный институт, потом – Высшую школу тренеров. У всех детских тренеров должна быть лицензия С и выше.

А вот в провинциальных школах нередко до сих пор работают те же люди, что в свое время тренировали меня, брата (Алексея Смертина. – Прим. ред.), других футболистов нашего поколения. Причем тренируют по тем же методикам, дают те же упражнения, что и нам. В общем, с тех пор там мало что поменялось, разве что мячи (смеется). Знаю это по своему опыту, потому что, когда работал селекционером, регулярно бывал и в Барнауле, и в Ленинск-Кузнецком, и в Новосибирске, и на Урале, и на Дальнем Востоке, и на юге страны.

– Дефицит квалифицированных тренеров, как мне представляется, не единственная проблема детского футбола, верно?– Разумеется. Вот еще одна. Как только в школе появляется одаренный мальчик, ему (а точнее – его родителям) сразу хочется попасть в один из больших клубов. У тех есть специализированные интернаты, все условия для полноценной подготовки.

– А что в этом плохого?– Хорошо, если эта школа или академия, у которой есть интернат, подходит к выбору точечно, не травмируя психику ребенка. Но так бывает далеко не всегда. Я вот о чем. Возьмем, к примеру, какую-нибудь провинциальную футбольную школу, в которой есть один или два одаренных мальчика, лет 11–12, они выделяются. За ними начинается охота со стороны селекционеров. Среди последних есть совсем молодые ребята, которым надо показать свою работу. Они уговаривают родителей устроить ребенка в хорошую академию, наобещают им с три короба, мол, он там будет на виду, заиграет. Тренер или директор местной школы отговаривают пацана, говорят – здесь ты лидер, а там будет конкуренция, но в итоге отпускают его. С условием – если у тебя там не получится, к нам лучше не возвращайся.

Парень уезжает – и представьте себе, в академию по какой-то причине не попадает. Что ему делать? Назад дороги нет, а в его родном городе только одна школа. В этом случае он или начинает мотаться по клубам, или возвращается, играет во дворе, а потом заканчивает с футболом. Неправильно все это…

– Как финансируются детско-юношеские футбольные школы?– У каждой своя история. Где-то деньги муниципальные, где-то частные. Кто-то получает средства от спонсоров, кто-то в краевом бюджете строкой прописывает.

«НЕТ ОБЩИХ ПРАВИЛ»

– Что еще мешает в работе?– Стыдно признаться, но у нас в стране нет общих правил в детском футболе – они разные. В Питере и Сибири дети одного и того же возраста играют 11 на 11 с большими воротами, Урал и Москва сдвигают ворота на линию штрафной, а где-то площадка вообще на полполя, а игроков по семь в каждой команде. Больше того, играют мячами разного размера – где-то «четверкой», а где-то «пятеркой». Парадокс, но у нас в школе москвичи на одном поле играют «четверкой», а подмосковные ребята на другом – «пятеркой».

Да что говорить, если мы даже не в силах выпустить брошюрку с общими требованиями!

– Хорошо, а по каким правилам дети играют в турнирах?– Перед началом каждого высылаем участникам регламент. Они читают – и готовятся по нужному формату.

– Существует ли обмен опытом между школами?– Да, как правило, как раз на соревнованиях, где тренеры из разных регионов и других стран много общаются. Наша школа, к примеру, организовала турнир «Khimki Cup». Он проводится на весенних и осенних каникулах, с участием команд двух возрастов. Начинали со скрипом, а теперь к нам каждый год, помимо московских, приезжают ребята из Краснодара, Казани, Ташкента, Алма-Аты, Санкт-Петербурга. В последний раз даже якуты были – с барабанами, бубнами. Ехали долго, но, увы, результаты их не порадовали. Продули всем.

Мы обеспечиваем участников призами, полями, транспортом, судьями… Многие даже обижаются, что их не позвали. В этом году, кстати, обещали приехать словаки и македонцы.

– За границу ваши команды выбираются?– К сожалению, все реже – из-за финансовых неурядиц и заморочек с визами.

– Кто идет в детские тренеры?– Большинство – бывшие футболисты. В нашей школе 80 процентов тренеров поиграли в премьер-лиге, среди них – обладатель Кубка России в составе московского «Динамо» Сергей Богомолов, Василий Янотовский, Виталий Кулев, Денис Киселев, Сергей Деркач. Недавно Дмитрий Половинчук ушел от нас в «Динамо». В общем, у нас ребята, которые могут не только провести теоретическое занятие, но и показать что-то на поле, потому что с техникой у них полный порядок, да и двигаются они по сей день неплохо.

«УХОДИТЬ НАДО НЕ К СЕЛЕКЦИОНЕРУ, А К ТРЕНЕРУ»

– На протяжении скольких лет мальчишки посещают школу?– Десяти. Примерно с семи до 17 лет.

– Сколько раз в неделю?– Малыши занимаются три раза в неделю, ребята постарше, перед выпуском, – до шести раз.

– Кстати, обучение платное?– Можно ходить бесплатно, но за дополнительные занятия надо платить – за малышей две тысячи рублей в месяц, за детей среднего возраста – по тысяче. На эти деньги мы покупаем мячи, выплачиваем тренерам премиальные.

– Что ждет самых способных ребят?– К сожалению, их забирают академии. Каждый год от нас уходят по нескольку человек.

– Сердце кровью обливается?– Не то слово! Но я убежден, что юный игрок должен уходить не к селекционеру, не к директору, не в какой-то конкретный клуб, а к определенному тренеру. Если тот лично просматривал его, заинтересован в нем, то это одно дело. А если парнишку тренеру навязывают, ссылаются на чье-то мнение или телефонный звонок, то это совсем другое. Если игрок уходит и в новом месте растет, если ты понимаешь, что у него есть перспектива, то это правильно, такой переход идет ему на пользу.

А иногда случается так, что родители губят своих детей. Особенно мамы, которые заранее просчитывают будущие контракты своих сыновей, что-то им нашептывают, хотя сами мало что понимают в футболе. Обидно. Именно поэтому в некоторых академиях родителей просто не пускают на занятия.

– А что с теми, кто 10 лет отзанимался, но так никуда и не попал? Футбол в их жизни заканчивается?– Почему же?! Да, профессионалами становятся единицы, но футбол в первую очередь учит тебя жизни. Это дисциплина, это умение терпеть боль, характер, способность легко общаться с людьми. Не говоря уже о том, что сейчас в каждом институте, в каждом банке есть своя футбольная команда – и ты можешь в ней играть. Даже в армии есть такая возможность – в спортроте. Образно говоря, ты будешь служить не в сапогах, а в кедах. Ну а главное, футбол учит правильному образу жизни, отталкивает от вредных привычек.

– Что скажете о своей школе?– У нас занимаются около тысячи детей, одно отделение играет на первенство Москвы, второе – на область. Есть еще оздоровительные группы. Мы набираем практически всех детей, а потом по определенным данным делим их на три группы. Есть ротация – тех, кто прогрессирует, продвигаем в более перспективные группы и наоборот. Кроме того, у нас работает отделение в Сходне, объединяющее около 200 подростков.

Школа располагает двумя большими полями с искусственным покрытием последнего поколения и площадкой поменьше. Все – с хорошим подогревом, который позволяет нормально заниматься даже при низких температурах, минус 20–25 градусов. 16 раздевалок с душевыми, зал для теории, тренажерный зал...

За все комфортные условия мы благодарны спорткомитету и администрации городского округа Химки, а также руководству «Арены Химки», которое нам здорово помогает.

Вообще применительно к детскому футболу хочу сказать следующее: у нас никто не хочет, что называется, играть вдолгую. Есть кто готов играть вбыструю, а вдолгую – ждать, вкладываться в школу – желающих почти нет. Ну какая от нас сейчас отдача? И будет ли она – тоже вопрос. Есть кто хочет купить команду, набрать классных игроков, а дети... Не хватает тех, кто по-настоящему, безгранично любит футбол, тех, кто отдает, а не стремится сиюминутно что-то получить. По-моему, это должны быть определившиеся в жизни, самодостаточные люди, которым уже не надо ничего доказывать. К счастью, в Химках такой человек есть. Это Александр Сергеевич Зайцев, генеральный директор АУ «Арена Химки».

«А НАУТРО У НИХ ГЛАЗИЩА КРАСНЫЕ»

– Что ж, вам, в отличие от большинства коллег, похоже, не о чем жалеть...– На условия работы действительно грех жаловаться, но очень обидно, к примеру, что ушел из нашей жизни дворовый футбол, хотя мы все из него вышли. Раньше мы жаловались, что нет футбольных полей, а сейчас посмотрите – сколько их вокруг! И с тартановым покрытием, и с другими. А они – пустуют.

Помню, выходишь на дворовую площадку, против тебя толпа детворы и там можно всё, всё вокруг мяча, тебе можно обыгрывать по десять человек – именно так нас с братом учил отец. Пока десяток голов им не забьешь – домой не уйдешь! Такие навыки ты на тренировке не получишь. Дворовый футбол дает не только занятость, но и интерес, азарт, радость общения. В организованном футболе такого нет, здесь, как ни крути, есть шаблоны – защитнику нельзя то-то, нападающему – то-то, крайнему хаву – то-то...

– Что делать?– Надо восстанавливать футбол во дворах, привлекать к этому энтузиастов – они есть, они еще живы, эти условные дяди Васи. Дайте им по полставки какого-нибудь инструктора, по семь-восемь тысяч – и они возьмутся за дело, поднимут подрастающее поколение.

Сегодня дети не знают, что такое подвижные игры на улице – «американка», «казаки-разбойники» и так далее, а знают, что такое танки в компьютере. Да у нас у самих дети на сборах целыми днями сидят в этих гаджетах! Тренеры вынуждены отбирать у них телефоны и электронные приставки. Ребята подчас думают не о том, как обыграть команду соперника, а о том, как поймать «покемона» или на каком уровне компьютерной игры они остановились. А наутро у них глазища красные. До футбола ли им, если они не спали до четырех часов ночи?!

– Не могу не спросить про крытые манежи. Мы много разглагольствуем про их строительство, а воз, похоже, и ныне там.– В Москве манежи есть у академий «Спартака», ЦСКА, «Чертаново» и «Локомотива». Всего четыре. Есть в Питере, Екатеринбурге, Новосибирске. По-моему, всё.

Давайте так. Манеж, наверное, нужен, в тепле зимой, конечно, хорошо. Но это палка о двух концах. У меня такой пример. У нас в школе есть два тренера малышей: один из них в холодное время года уходит с группой в зал, арендованный школой в Новогорске, а второй занимается с детьми на улице. Знаете, у кого из них дети больше болеют? У того, кто занимается в тепличных условиях! Потому что до них в зале почти беспрерывно играют арендаторы, в закрытом пространстве полно бактерий, пыли – и ребятишкам с их неокрепшими организмами там нелегко. А у второго подопечные здоровые, с румянцами на лицах, закаленные. Ведь главное – их правильно одеть: шапочку, курточку. Я специально на этот счет статистику смотрел.

BBC

image beaconimage beaconimage beacon