Вы используете устаревшую версию браузера. Для оптимальной работы с MSN используйте поддерживаемую версию.

Павел Борщ: Причина неудачи в Рио – долгое празднование победы в Лондоне

Логотип DO_NOT_USE_dw.com DO_NOT_USE_dw.com 25.08.2016 Усачев Владислав

Известный российский специалист Павел Борщ подвел итоги выступления мужской сборной России на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро.

СБОРНАЯ РОССИИ МОГЛА ВЗЯТЬ «БРОНЗУ»

– После окончания Олимпиады Владимир Алекно дал понять, что четвертое место – это нынешний уровень сборной России. Не больше, ни меньше. Вы с ним согласны? – Нет. Я считаю, что нам было по силам, даже учитывая все наши проблемы, биться за «бронзу». И брать ее. Тогда можно было бы говорить, что на первое-второе место в нынешнем состоянии мы бы претендовать не могли, но на третье мы могли замахнуться и были в шаге от этого.

– Лично у меня за последний год сложилось впечатление, что сборные США и Бразилии мы не обыграем ни при каких условиях. США показывают самый слаженный и сыгранный волейбол, а у Бразилии сильнейший в мире состав. Как же конкурировать с такими командами? – Дело в том, что Олимпийские игры – не обычные соревнования. Что и показала сборная Италии, которую не рассматривали, как основного претендента на финал перед стартом соревнований. При определенном настрое на игру и запредельном желании игроков – победить, можно на определенном турнире и в конкретной игре творить чудеса. Мы знаем, что наши ребята на чудеса способны.

Я согласен, что самую цельную игру демонстрировали американцы. Но они все равно проиграли итальянцам, которые вышли на матч, как на последний бой. Выиграть или умереть. И Иван Зайцев творил чудеса. Мы тоже могли их творить. Просто нам не хватило…

– Ивана Зайцева. – Не совсем. Нам не хватало такого лидера, как Зайцев весь турнир. Ярко-выраженный лидер у нас не просматривался. Да, Артем Вольвич нас всех удивил. Провел прекрасный турнир и попал в символическую сборную Олимпиады, но всегда больше шансов на победу, когда игрой заправляет диагональный игрок или доигровщик. Назвать блокирующего игрока лидером очень сложно.

Возвращаясь к игре с США, мы показывали волейбол, к которому американцы были не готовы. Этот волейбол мы можем показывать, находясь в состоянии сумасшедшей концентрации и превосходной физической готовности. Когда мы подсели физически, эта концентрация упала. Мы стали допускать ошибки, которые на таком уровне непозволительны. Американцы продолжили свое дело и довели матч до победы. Но это не отменяет того, что мы были очень близки к победе в этом матче.

– А в игре с Бразилией? – Там не было сборной России на площадке. Играли только бразильцы. Эту игру не имеет смысла рассматривать, как какую-то показательную.

ЧЕМ БЫ ПОМОГ МУСЭРСКИЙ?

– Если бы сборная России играла в оптимальном составе… – Это сослагательное наклонение. Мы не знаем, что было бы.

– Спрошу иначе. По ходу турнира у вас возникало чувство: «Ох, как не хватает Дмитрия Мусэрского»? – У нас не было неразрешимых проблем в центре с той игрой, которую показали Вольвич и Александр Волков. Чем бы помог Мусэрский? Я сомневаюсь, что он бы поставил больше блоков или забил, чем Вольвич. Тем более, что он – игрок, зависимый от приема, а с приемом у нас проблемы. Подачу Мусэрский не подавал. Все это видели. Дмитрий – сильный игрок. Он бы усилил любую команду, но не надо из него делать спасителя Отечества. Я бы не стал говорить, что с ним мы бы непременно выиграли. Тут много факторов. И они не персональные, а командные. Где в полуфинале были «горящие глаза», что мы хотим обыграть Бразилию больше всего на свете? Я их не увидел. Они были в двух партиях с США, но гореть должны были до финального свистка. И это не оттого, что кого-то не было.

– В чем же проблема? – Мы упустили момент начала кризиса. Российский волейбол находится не в том состоянии, в котором мы хотим его видеть. Турнир в Рио это показал в полном объеме. Есть системные проблемы. Не персональные: не хватает того игрока, не было этой замены. Именно системные. Мы на протяжении долгого времени не можем на равных конкурировать с командами топ-уровня. Эпизодически это удается. Но это лишь всплески.

– Отсюда следующий вопрос. Не начался ли этот кризис после Олимпиады в Лондоне? У нас было время, чтобы наиграть новое поколение игроков. В результате их не наиграли, а Андрей Воронков покинул пост главного тренера после 11 поражений подряд. – Я считаю точно, что после той Олимпиады буквально у всех наступило успокоение. Мы достигли вершины и считали себя сильнейшими, а сильнейший может расслабиться. Это и было ошибкой. Нам нужно было всем вместе засучить рукава и двигаться дальше. Мы же встали. Стали смотреть и рассказывать, как мы выиграли Олимпиаду и какие мы великие олимпийские чемпионы. Этот процесс затянулся.

Про Воронкова можно говорить что угодно, но он выиграл два турнира. Должна была быть концепция развития после Лондона: тренер меняется, мы даем новому тренеру карт-бланш, программу и идею. Идея в виде выигранных чемпионата Европы и Мировой лиги себя не оправдала. Было приятно. Мы победили на старом багаже. Потом начался спад. Это объективный момент, который происходит всегда.

В какой именно момент мы не сделали правильных шагов? Сейчас это даже не интересно. Интересно то, какие шаги последуют сейчас, когда мы уже не находимся на пике кризиса, как это было год назад в Мировой лиге, а находимся в четверке сильнейших. Как воспримут этот звонок? Самое время задуматься. Индивидуальные усилия здесь не помогут. Никакой тренер или игрок не спасет. Нужно принять концептуальные решения на перспективу.

Олимпийские игры – венец работы. И как к ним нужно готовиться? Побеждать в каждом турнире, чтобы быть сильнее ментально и по-волейбольному? Или дать возможность для эксперимента, чтобы найти новых игроков и лидеров. На мой взгляд, нужно заняться именно этим.

ПОБЕЖДАТЬ МОЖНО И БЕЗ СИЛОВОЙ ПОДАЧИ

– Какие проблемы в игре помешали сборной России выступить лучше? Лично меня удивило, что у нашей команды отсутствует силовая подача. – Это не секрет ни для кого. Подача для сборной России на прошедшем турнире и в недавнем прошлом стала проблемой. Мы перестали быть флагманами в этом компоненте игры и серьезно уступаем нашим конкурентам.

Но надо посмотреть на людей, которые стоят на площадке. Мы не может требовать силовой подачи от Сергея Гранкина и Артема Вольвича. У нас есть Максим Михайлов, Сергей Тетюхин, Александр Волков и Егор Клюка, которые могут подавать силовую подачу. Но на этом турнире подача не всегда получалась. И Клюка в итоге стал подачу упрощать.

Если нет шести игроков, которые могут подавать силовую подачу, нужно разграничить степень риска. Трем игрокам разрешить зарабатывать очки с подачи, а остальным просто ее держать. Тогда будет найден баланс, и количество ошибок уменьшится. В этом может крыться причина наших неудачных подач, потому у нас старались затруднить подачу все и ошибались все.

– Но на таком уровне, соперник упрощенную подачу легко принимает и быстро доводит мяч до сетки, где у связующего масса вариантов для атаки. – Система обороны при простой подаче меняется. Мы не должны заблокировать всех трех-четырех нападающих. Мы должны выбрать конкретного игрока, которому не должны дать забить. В матче с США – это первый темп. И после нескольких розыгрышей мы знали, что при хорошем съеме будет задействован первый темп. Значит, оборону нужно было выстроить так, что остальные игроки могут остаться без блока или на одиночном блоке, а первый темп не должен проходить.

В волейболе даже есть такая тактика – заманить соперника в ловушку простой подачей. То есть, посмотреть, кому связующий отдает при хорошем съеме чаще всего. Специально подать простую подачу. Ты уже на 80 процентов будешь знать, кому достанется мяч. И блок заранее будет встречать этого нападающего. Это элемент тактики, которым можно пользоваться.

– Наша команда этим пользовалась? – Первый темп проходил. Причем много. Подачу мы упрощали, чтобы не ошибиться. Это говорит о том, что конкретную цель для блокирования мы не выбирали. Причем, я не исключаю, что задание могло быть. Но слишком большая дистанция между указанием тренера и действиями игроков, которые дают результат. По факту можно говорить только о том, что наши волейболисты с этим не справились.

– Меня удивило, что у нас даже на скамейке не было игрока, способного усилить подачу. – К сожалению, это так. Это проблема, на ряду с многими другими не позволила нам занять третье место. 

ЧЕМ «ЗЕНИТ» УБИВАЕТ ЧЕМПИОНАТ РОССИИ?

– Прав ли Иван Зайцев, утверждая, что российский чемпионат «убивает» казанский «Зенит»? – Этот вопрос можно разложить на два пункта. Первое, что я услышал в словах Зайцева: «Зенит» - очень сильная команда. Никто не может с ней конкурировать». На мой взгляд, это проблема команд, которые не могут конкурировать с «Зенитом», а не проблема «Зенита». Если Казань может набрать лучший состав и выстроить лучшую инфраструктуру, значит это проблема клубов, которые не дотягивают до такого уровня.

Вторая часть вопроса, это то, что на протяжении нескольких лет в составе «Зенита» были игроки сборной России, которые не получали игровую практику в необходимом объеме. Это Виктор Полетаев, Евгений Сивожелез, Алексей Спиридонов. Но это проблема сборной России, а не чемпионата. Это разные вещи. Поэтому я не понял, как «Зенит» убивает чемпионат России? Тем, что он выиграет чемпионат? Так было и в СССР, когда побеждал ЦСКА.

– Это немного разные вещи, поскольку ЦСКА состоял из наших игроков, а лидерами «Зенита» являются Вильфредо Леон и Мэтт Андерсен. С такими партнерами даже россияне, выходящие на площадку, спокойно могут играть вполсилы и Казань все равно победит. – Если бы Зайцев сказал, что «Зенит» ограничивает возможности сборной России, я бы мог это обсуждать, но чем «Зенит» убивает чемпионат России? В чемпионате задача – выиграть первое место. В чем убийство? «Зенит» – это лидер, флагман нашего волейбола. Соперники «Зенита» по чемпионату России должны тянуться за лидером и в матчах с ним испытывать на себе то, что сборникам придется ощущать на международной арене. И за счет общего уровня организации игры «Зенит» можно побеждать.

Давайте посмотрим на состав сборной Италии. Почему наши клубы не интересуются Эмануэле Бирарелли, Симоне Бути, Олегом Антоновым или Филиппо Ланцой? Есть Зайцев, есть Симоне Джанелли и Османи Хуанторена, который не блистал. Остальные – средние игроки. Но итальянцы за счет командных действий, тактики и бойцовских качеств обыграли американцев, которые наголову их сильнее.

– Но вы согласны, что это было чудо? – Да.

– Ваша главная претензия в том, что наша команда не совершила чудо? – А как мы выиграли Олимпиаду в Лондоне?

– Чудом. – И разве это плохо?

– Это прекрасно. Но из этого чуда мы не ничего не извлекли, а просто надеялись на новое чудо. Это наш удел – каждый раз надеяться на чудо? – Почему же? Надо играть в волейбол. Более грамотно, более серьезно, более стабильно, этого никто не отменял.

BBC

image beaconimage beaconimage beacon